Как в былые времена, я появился из оврага за домом и постучал особым стуком в кухонное окно. — Входи давай, — сказала Ма. Внутри на лестнице высились кипы журналов, на плите — кипы газет, а из сломанной духовки торчали увязанные в пук вешалки. Ничего нового. Разве что след от воды, похожий на голову кошки, на стене над холодильником и наполовину свернутый старый рыжий ковер. — Пуёвая из меня уборщица, — сказала Ма. Я посмотрел на нее с усмешкой. — Пуёвая? — сказал я.
— Один пуй, — сказала она. — На работе насели. Ма была известная матерщинница. Но теперь работала в церкви. Ну и вот. Мы постояли, глядя друг на друга. Потом по лестнице, грохоча, спустился какой-то мужик: еще старше, чем Ма, в одних семейных трусах, походных ботинках и утепленной кепке, из под-которой торчали длинные волосы, забранные сзади в хвост. — Кто это? — спросил он. — Сын, — смущенно ответила Ма. — Микки, это Харис.
Комментарии: