Блондин на коротком поводке

Зря Катя не рассорилась с Дашкой еще в школе, когда от той отвернулись все подруги. Знала бы, бедняжка, чем все обернется… Беда грянула, как гром среди ясного неба. Когда Дашкина свадьба с сыном Великого и Ужасного олигарха Руденко расстроилась из-за пропажи важных бумаг из его сейфа, крайней оказалась именно Катя. Ведь в день кражи она действительно была в той злосчастной квартире — занесла ее нелегкая! Однако самое ужасное состоит в том, что ее обвиняют не только в воровстве, но и в убийстве главного свидетеля происшедшего. И делает это ее подруга Даша! Ну не свинство ли? Униженная, оскорбленная, доведенная до отчаяния девушка не знает, как ей быть. Она попала в беду! Кто ей поможет? Ну, конечно, старый друг Шурик! Он всерьез влюблен в Катюшу и готов разорвать на клочки всякого, кто обидит девушку его мечты… Ранее роман «Блондин на коротком поводке» выходил под названием «Красота хуже воровства».

Просмотры: 4
Рейтинг: 8.0 - +
Язык: Русский
Версия: Полная

Описание

Все смешалось в доме Гусаровых. Виктория Федоровна, Дашкина мать, рыдала, лежа поперек антикварного дивана, обняв неописуемое свадебное платье, и, тряся холеным полным подбородком, повторяла: — Платье от Фигуриной! Чего мне это стоило! Я не о деньгах говорю! Ах! Я обещала Морозовой отдать свой гобеленовый гарнитур… Ах! Этого никому не объяснишь! Дальнейшее терялось в рыданиях. Сама Дашка стояла посреди комнаты, сжав губы, и время от времени выкрикивала: — Мама, замолчи! Не тебя выставили из дома, как воровку! Мама, замолчи сейчас же! Самое удивительное, что она оставалась такой же красивой, как всегда, — ее не портили ни сжатые в ниточку губы, ни пятна на щеках. Леонид Ильич, Дашкин отец, осторожно подбирался к жене и норовил погладить ее по широкой жирной спине в целях утешения, но Виктория Федоровна отталкивала его с гримасой отвращения и рыдала пуще прежнего, безутешно восклицая: — Я упустила канапе карельской березы! Что скажет эта старая мегера Сковородникова! Горничная Женя, сутуловатая невзрачная девушка с прилизанными волосами неопределенного цвета, стояла у стены, потупив бесцветные глазки, и периодически взглядывала на хозяев с выражением то ли тихой паники, то ли врожденного кретинизма.