Жена скупого рыцаря

Жизнь у меня кошмарная. Нет, не так: жизнь у меня нормальная. Даже такая, которой можно позавидовать: квартира в центре Москвы, высокооплачиваемая работа в престижном банке, любимый супруг! Вот только врать приходится много и постоянно… Муж мой уже два года как работает в Норвегии, поэтому тусуюсь я в обществе его маменьки и жуткой собаки, которые следят за каждым моим шагом. Даже для того, чтобы просто погулять с подругами, мне приходится врать и изощряться. А теперь появились новые беды: на меня напал маньяк, в квартиру пытался залезть вор, любимая подруга умерла… То есть — ее убили! Оставшиеся в живых девчонки в панике… На меня снова нападают — и я чудом избегаю смерти… Кто и зачем пытается выкосить наши дружные ряды — неизвестно, но выяснить необходимо. И именно мне. А чем еще заняться женщине, на такой долгий срок оставшейся без мужа? Конечно, ловить преступника!..

Просмотры: 38
Рейтинг: 5.0 - +
Язык: Русский
Версия: Полная

Описание

Часть 1 Он слушает молча и сосредоточенно. Иногда хмурится. Не глядя на меня, дотягивается до стопки листов бумаги, берет один и начинает чертить схему. Скосив глаза, вижу: в центре «Серафима», от нее идут стрелочки к словам «Банк», «Маньяк», «Подруги». — «Челюсть» впиши, — предлагаю я и отхлебываю коньяк. — Зачем? — удивляется он. — Возможно, — я глубокомысленно качаю головой и пустым фужером, — в свекровь влюблен фетишист и охота шла за вставной челюстью… Мужские пальцы послушно берут ручку и выводят «Челюсть», я довольно глупо ухмыляюсь. — Не вижу ничего смешного, — учительским тоном говорит он. — За чем бы ни охотился убийца, жертва — ты. Оставь свои ухмылки, сосредоточься и вспомни все еще раз. Когда начались неприятности, с кем или с чем они могут быть связаны. И плясать надо от печки… Если плясать от печки, то все началось с книжной полки, халтурно повешенной на стену пять лет назад. Тяжесть фолиантов, фотографий, статуэток и пыли вырвала из стены крепления, и утром в понедельник меня разбудили последовательно: грохот, бранный бас Музы Анатольевны, истерический лай Людвига.