В месте здесь

В месте здесь

Автор: Уланов Александр Николаевич

Приключения: путешествия и география

Новая книга известного поэта и критика А. Уланова состоит из двух частей. Собрание стихотворений в прозе «В()месте» – уникальная поэтическая карта мира от России до Америки, от Греции до Китая, завораживающая литературная инсталляция, каждый элемент которой выложен из древнего камня, омыт водой океанов, помнит взгляды богов и богинь. Философская повесть о реальной и виртуальной любви «Здесь», составившая вторую часть книги, продолжает тему географии и пространства мира. Она разбита на диалоги и монологи возлюбленных, которые периодически оказываются в разных концах света. Рассказчик читает чужие пейзажи, почти не касаясь взглядом, чтобы не потревожить их уникальную структуру, а героиня повести – одновременно и конкретный человек, и воплощение собирательного образа вечной женственности. Александр Уланов – поэт, прозаик, переводчик, литературный критик, лауреат премии Андрея Белого (2009), автор сборников «Волны и лестницы» (1997), «Между мы» (2006), «Перемещения +» (2007), «Способы видеть» (2012).

Просмотры
15
Рейтинг
5.0 - +
Язык
Русский
Версия
Полная

Описание

ВМЕСТЕ ВРЕМЯ РИМ медленно тлеет в ночных арках. Маки горят между ночных колонн. Ушедшие факелы площади вечером дрожат голубым дымом в камнях. Из стены жилого дома скачет потоками морской бог на колеснице. Время – вода? Буйствующая на площади среди разметанных рук и ног мрамора, тихо заглядывающая в глаза на углу переулка. Вода фонтанов чаще вниз к человеку, чем к небу. Её блестящие стены напоминают, что движется всякая стена, хотя иногда медленно. Она так бела, что мрамор над ней желтеет. Если вверх, в церкви философа из Кентербери – тонко, едва заметно, не мешая. Дольше домов живут дороги и входные арки. Здания превращаются в низкие лабиринты фундаментов, где не заблудиться. Капители колонн сходят к земле. Только вода на своём месте – миллион раз утекшая и та же самая. Священный огонь давно погас, но его и не надо. Есть время. Входы разбрасывают лучи плоских кирпичей. Замурованные книги. Складки продолжают жить, хранить течение жеста, тонкость ткани. Петр даёт Павлу окна, истончившийся до пропускания света камень. Сохранивший твёрдость внутренних волн. Нарваловая кость вьющихся колонн. Между ними южноамериканские броненосцы, которых откроют через семьсот лет. Залы собраний, базилики, стали церквями, потом церкви – залами собраний туристов, жильём тихого эха, хранилищами пустоты. Улицы многократно более узки. Но времени здесь не тесно.

Комментарии:

Оставить комментарий

0 / 500