У неё была слишком хорошая память
Джордж-Герберт Морган — для своих коллег «Толстяк» Морган — всякий день благодарил Бога за то, что начал толстеть только к тридцати годам, когда он уже был инспектором Скотланд-Ярда и пользовался у своего начальства такой хорошей репутацией, что не рисковал быть уволенным в запас по причине физического недостатка. Когда его товарищи по выпуску встречались с ним в узком коридоре старого здания и прижимались к стене, чтобы пропустить, они с неуверенностью вспоминали стройного молодого силача, который около четверти века назад в форме простого полицейского совершал ночные обходы опасных кварталов. Позднее — помощник в криминальном отделе, элегантность которого производила впечатление на вышестоящие чины. Вспоминали его выдержку, когда он был направлен в комиссию по подбору кадров при Центральной службе и, наконец, радость, когда его признали достойным для поступления в Высшую школу сыщиков, которую он закончил в числе первых и сказал друзьям, что осуществил мечту своей жизни, став сотрудником Ярда.
Комментарии: