Рыжий, хмурый и влюбленный

Прибыв в Отрягию за вторым Наследником, конунгом, антигаурдаковская коалиция узнает, что он умирает, а правление страной готовится принять его сын, Олаф. Правда, выясняется, что его дядя, верховный жрец, собирается отправить племянника не на битву с Гаурдаком, а к богам, и дружина отца уже наточила топоры и мечи, чтобы проводить его в последний путь как героя. Но лучше мертвого героя может быть только герой живой – и Адалет, Серафима и Иван на Масдае доставляют Олафа в обитель богов, чтобы найти пропавшее сокровище Рагнарока. Что пропадет и что найдется там помимо него, они даже не представляли – особенно юный конунг…

Просмотры: 7
Рейтинг: 5.0 - +
Язык: Русский
Версия: Полная

Описание

На северный берег Лесогорья и одновременно на южный берег Ледяного моря [1] экспедиционный корпус по нейтрализации Гаурдака прибыл ближе к вечеру, когда бледное северное солнце, натужно перевалив зенит, с явным облегчением сползало к полупрозрачному лесу, покрывающему берег. С востока надвигалась гроза. Порывистый холодный ветер слепил, трепал волосы, хватал за шапки и пытался скинуть багаж путников на берег, покрытый серой крупнокалиберной галькой. Пенные гребни зеленоватых волн метались по поверхности моря, словно ища убежища от приближающейся бури. Чайки с заполошными резкими криками метались над волнами, будто хотели успеть доделать в последние минуты что-то очень важное, но забыли, что именно. И только гордый буревестник, черной молнии подобный, весело выкрикивал: «Клюв даю – буря будет! Вот шандарахнет-то всех! Мало не покажется! Так им, так им, так им!»… 1 Диалектический парадокс, как авторитетно разъяснил Адалет. Масдай завис в нескольких метрах от кипящей полосы прибоя и угрюмо поинтересовался, указывая кистями в сторону придавившей горизонт обширной лиловой тучи: