Русский немец. Том 2. Ведьмин котел

Документальная литература: книги о войне

Двадцать второе июня, раннее утро, Брестская крепость, молодой солдат Юрген Вольф, russisch deutscher – русский немец, смотрящий на мирный польский пейзаж, на реку Буг и вспоминающий родную Волгу. Вот только на дворе – 1944 год, а на солдате – форма 570-го испытательного батальона Вермахта, штрафного батальона. Он вырвется из окруженной Брестской крепости, чтобы попасть в еще более страшный «котёл» – котёл Варшавского восстания. Он столкнется с немецкими штрафниками СС из дивизии Дирлевангера, которые превращали улицы Варшавы в выжженную пустыню. Он вступит против генерал-майора и бригадефюрера СС Бронислава Каминского, командующего русской бригадой СС. И вместе с норвежскими парнями из танковой дивизии СС «Викинг» он будет защищать Варшаву от советских войск. За что он сражается? И каким он выйдет из этой схватки? Этот роман – редкая возможность взглянуть на Великую Отечественную войну с той стороны, глазами немецкого смертника, прошедшего через самые страшные сражения Восточного фронта в составе одного из штрафбатов, которые сами немцы окрестили «командами вознесения».

Просмотры: 0
Рейтинг: 5.0 - +
Язык: Русский
Версия: Полная

Описание

Генрих Эрлих Ведьмин котел «Двадцать второго июня…» «Черт, вот ведь привязалось!» – Юрген Вольф даже крякнул от досады. Слова русской песни назойливо звучали в голове. Почти год прошел с тех пор, как он в первый и в последний раз слышал эту песню. Он выкинул ее из памяти вместе с певшей ее русской девушкой, оказавшейся на поверку партизанкой. Гораздо сложнее было забыть скромненький синий платочек, несколько недель являвшийся ему в ночных кошмарах. Он раз за разом падал, вновь и вновь обнажая не опущенные девичьи плечи, а разрушенный партизанским взрывом госпиталь, где погибли его друзья. Эти кошмары сгорели в огне Орловской битвы, та битва сама была непреходящим кошмаром. Он и русский язык если не забыл – как забудешь?! – то загнал в самый дальний угол памяти. После отступления из Орла ни одно русское слово не сорвалось с его языка, даже в запале, он закрыл слух для русской речи и всячески сторонился местных жителей. Даже в мыслях – только немецкий, и вот на тебе! «Двадцать второго июня…» – Проклятье! – воскликнул Юрген, уже в голос. Он поднялся, с грохотом отодвинул стул, окинул взглядом караульное помещение, составленные в оружейную пирамиду винтовки, солдат, сидящих на лавках и клюющих носом в полудреме. Хоть бы один вскинул голову на произведенный им шум! Вояки… – Хюбшман! – гаркнул Юрген.