Ник Картер, американский Шерлок Холмс (сборник)

Ник Картер – уникальный персонаж детективного жанра, непревзойденный по количеству произведений, в которых он действует, и по числу его создателей. Благодаря массовости тиражей и ценовой доступности серия рассказов о Нике Картере сыграла огромную роль в популяризации жанра. В то же время Ник Картер является коллективным псевдонимом множества авторов небольших рассказов в развлекательных периодических изданиях. Впервые Ник Картер появился в рассказе «Таинственное преступление на площади Мэдисон» 18 сентября 1886 г. в еженедельнике «New York Weekly». Рассказ был написан Джоном Расселом Корнуеллом (1848–1924), а сама идея принадлежала Орманду Смиту, главе издательского концерна Street&Smith. Корнуелл написал еще два рассказа о Картере, после чего работа была продолжена другими авторами. Наиболее известным из них был Фредерик ван Ренселаер Дей (1861–1922), написавший несколько сотен рассказов о Нике Картере. В итоге был создан образ совершенного положительного героя, непримиримого борца с преступным миром – умного, сильного, привлекательного. Ник Картер стал любимцем миллионов читателей не только в США, но и во всем мире.

Просмотры: 2
Рейтинг: 5.0 - +
Язык: Русский
Версия: Полная

Описание

Фонограф-свидетель – Мне почему-то кажется, что вы все-таки увлекаетесь, – обратился знаменитый сыщик Ник Картер к своему посетителю, молодому, изящному господину лет двадцати пяти, весьма симпатичному на вид. Собеседники сидели в уютном рабочем кабинете сыщика. Гость Ника Картера, мистер Файрфилд, принадлежал к лучшему обществу; он был последним отпрыском аристократической семьи, обладал большими средствами и вел рассеянную жизнь холостяка, проживая в роскошных апартаментах дорогой «Мамонтовой» гостиницы. – Нисколько, – ответил тот, – напротив, я уверен, что вам до сих пор еще ни разу не приходилось иметь дело со столь загадочным случаем, как тот, по поводу которого я явился к вам. – Как вам сказать, – улыбнулся Ник Картер, медленно снимая пепел со своей сигары, – за время моей деятельности я все-таки уже кое-что видел. Но вы возбуждаете мое любопытство своими намеками. В чем же, собственно, дело? – Как только вы это узнаете, вы не только заговорите о любопытстве, а безотлагательно и со всей присущей вам энергией приметесь за расследование этого, столь своеобразного, скажу больше, просто невероятного случая, – ответил Файрфилд. – Если бы я не слышал всего собственными своими ушами, если бы не задумывался глубоко над всем тем, что было мне сообщено как бы из другого мира, то я подумал бы, что сделался жертвой галлюцинации и не стал бы вас беспокоить.