Эдвард Радзинский Наполеон: исчезнувшая битва Журнальный вариант Долго смотрел я на свою, увы, дрожащую руку: переплетение морщин таинственная карта... Однако к делу. С острова Святой Елены вернулся мой сын... Нехороша фраза. Нет в ней силы, как любил говорить император. Он умел чеканить строки. Его обращения к армии... "красноречие победы"... Король (Луи Филипп*) послал целую делегацию выполнить последнюю волю императора - привезти его тело в Париж. Я не поехал: мне восемьдесят лет, и я вижу все хуже и хуже. Книги, труд с пером убили мое зрение...
А на остров за гробом отправилась знакомая (но уже прополотая временем) компания - те, кто разделял со мной изгнание императора. Поехали: Мой сын. Гофмейстер двора императора граф Бертран. Теперь ему под семьдесят. Его белокурая жена Фанни умерла, он поехал с сыном. Камердинер императора Луи Маршан. Я помню его юношей, а нынче он почтенный буржуа. Слуги императора Сен-Дени и Новерра - повар и конюх. Генерал Гурго. Этот несносный человек сохранил свой отвратительный характер и в долгом плавании сумел перессориться со всеми.
Комментарии: