Летоисчисление от Иоанна

Новая книга от автора бестселлеров «Золото бунта», «Географ глобус пропил», «Сердце Пармы» и «Общага-на-Крови». В 2009 году на Каннском кинофестивале Россию представлял фильм знаменитого режиссёра Павла Лунгина, каннского лауреата 1990 года. Фильм называется «Царь». В его основе — страшное и великое противоборство двух титанов русского средневековья — Ивана Грозного и митрополита Филиппа. Павел Лунгин рассказал историю о поединке вер. Царская власть — от Бога, но что делать, если царь самого себя возомнил богом, сошедшим на землю в преддверии конца света? Верить ли человеку в помазанника Божьего как в самого Господа? Вершить ли царю Страшный суд на земле, если он — Господь второго пришествия? Ответ — в кровавой метели опричнины и в трагедии непримиримого митрополита. Окончательный сценарий кинофрески «Царь» Павел Лунгин создал на основе текста писателя Алексея Иванова. Книга «Летоисчисление от Иоанна» написана Алексеем Ивановым по начальному варианту сценария о митрополите Филиппе и царе Иоанне IV.

Просмотры: 53
Рейтинг: 5.7 - +
Язык: Русский
Версия: Полная

Описание

Господь является только во зле. Добра-то народ не видит. Как же идти за Господом, если он прозрачен, словно ветер в поле? За тучами иди, в мороке грозы, куда молнии укажут. Если надо спасать людей от гибели, добрый Господь надевает одежды зла. Ибо Гневный Ангел уже опрокинул свою чашу, и время вытекло до капли: исчисление лет подходит к итогу. В подвальной каморе дворца монах читал о конце света. Огромная, разбухшая книга лежала на костлявых коленях. На страницах, захватанных грязными пальцами, из-под пятен вылезали алые и золотые кружева богатых рисунков и цветущих буквиц. — И я услышал одно из четырёх животных, говорящее громовым голосом: иди и смотри! Я взглянул, и вот конь белый, и на нём всадник, имеющий лук, и дан был ему венец… Монах сидел на скамейке, близоруко сгибаясь над листом. Потрескивала сосновая лучина, зажатая в клюве железного светца. Промасленный холст, затягивающий маленькое окошко, дрожал под толчками позёмки, что мела на дворе. — И вышел другой конь, рыжий; и сидящему на нём дан большой меч…