Лазик Ройтшванец

Лазик Ройтшванец - "еврейский Швейк", как его окрестили западные критики, пожалуй, один из самых поразительных героев Ильи Эренбурга. Этот "мужеский портной из самого обыкновенного Гомеля" воплощает в себе задорную и колючую мудрость Йозефа Швейка и пряную, ветхозаветную - бабелевских ребе Арье Лейба и ребе Мотэле. У Лазика, величайшего знатока хасидских легенд, для любой, даже самой отчаянной, жизненной ситуации всегда готова соответствующая притча. Судьба гонит его по миру, он проходит через 19 (!) тюрем, а в стремительные и смятенные мгновения пребывания на свободе подвизается на самых немыслемых работах: обезьяной в аттракционе, разводчиком кроликов, продавцом противовенерических брошюр, киноактером, честным кандидатом Харчсмака, писателем-бдистом, живой рекламой в аптеке, торговцем контрабадным сукном, а под конец - плакальщиком у Стены Плача. И вся его бурная жизнь изложена в этой книге.Примечание сканировщика: Скан сделан с мюнхенского издания 1974 года, которое является переизданием ксерокопии "Бурной жизни Лазика Ройтшванеца" (Петрополис 1928 года). Отсюда старая орфография и неразборчивые куски текста. У сканировщика не было под рукой издания 2002 года.

Просмотры: 28
Рейтинг: 5.0 - +
Язык: Русский
Версия: Полная

Описание

1 Можно сказать, что вся бурная жизнь Лазика началась с неосторожного вздоха. Лучше было бы ему не вздыхать!.. Но неизвестно о каком Лазике идет речь. Лазиков много — хотя бы Лазик Рохенштейн, тот, кто в клубе «Красный Прорыв» изображал императора Павла и неестественно при этом хрюкал (а штаны, кстати, — на пол, штаны были Журавлевские); или же Лазик Ильмановнч, секретарь уездного комитета, обжора, каких мало, в прошлом году, не боясь партчистки, лопал мацу с яйцами и еще, нахал, на губздрав ссылался, якобы питательность велика, к тому же не образует газов. Вот и в Одессе прозябает какой-то Лазик. Читал я там лекцию о французской литературе. Записок, как полагается, ворох, здесь и «какого вы класса будете», и «разскажите нам лучше об экспедиции товарища Козлова», и «отвечай, цюцкин внук, за сколько фунтов продался» — и такая вот: «Шапиро, погляди-ка, Лазик уже спит». Я, хоть и не Шапиро, полюбопытствовал. Народу, однако, много; так и не разыскал я этого сонливого Лазика, не знаю даже, кто он, одно ясно — невежа, другие учатся, а он дрыхнет. Нет, Лазик Ройтшванец никогда не падал так низко. Знаю я, сразу скажут: «а фамилия у него того…». Не спорю, бывают фамилии и покрасивей, даже среди «мужеских портных» Гомеля, не говоря уже о православном духовенстве. Например, Розенблюм или …фельбаум