Должно быть, иностранцы меня уважают, но возможно и считают идиотом, — о русских я пока не говорю. Войдите хотя бы в американское положение: пригласили поэта, — сказано им — гений. Гений — это еще больше чем знаменитый. Прихожу и сразу: — Гив ми плиз сэм ти! [1] Ладно. Дают. Подожду — и опять: — Гив ми плиз… Опять дают. А я еще и еще, разными голосами и на разные выражения: — Гив ми да сэм ти, сэм ти да гив ми, — высказываюсь. Так вечерок и проходит.
1
Дайте мне, пожалуйста, стакан чаю (англ.).
Бодрые почтительные старички слушают, уважают и думают: «Вон оно русский, слова лишнего не скажет. Мыслитель. Толстой. Север». Американец думает для работы. Американцу и в голову не придет думать после шести часов. Не придет ему в голову, что я — ни слова по-английски, что у меня язык подпрыгивает и завинчивается штопором от желания поговорить, что, подняв язык палкой серсо, я старательно нанизываю бесполезные в разобранном виде разные там О и Be. Американцу в голову не придет, что я судорожно рожаю дикие, сверханглийские фразы:
Комментарии: