Битва за воздух свободы

Изменилось ли что-нибудь после лихолетья 90-х? Поменялись слова. По всем каналам телевидения долбят о великой власти и о том, что всякий, кто против – враг России. Контроль над обществом взяли спецслужбы и менты. Резко выросли цены на нефть, и жить стало сытнее. Чечню как бы загасили, но пропитан порохом ненависти Кавказ. Государственный доход возрос до астрономических сумм. Но у нас полудохлое производство и мертвое село. Старики брошены, а ведь это проклятье нам, если наши бабушки и дедушки доживают в нищете и голоде. Тридцать миллионов за чертой бедности – это официально. А молодежь? Бухает. Стипендия – подачка. Тюрьмы – туберкулезный ад. Армия – душегубка. Если считать статистику честно, мы рвемся в лидеры по коррупции, по убийствам, по детским самоубийствам. Народ вымирает, миграция неукротима. Ресурсы исчерпываются, кроме них, у нас нет ничего. А в «патриотичном» телеящике только хохмы и «стрелялки». Главное, чтобы люди не задумывались, хлебали горькую, ржали, колотили друг дружку, политикой не интересовались…

Просмотры: 7
Рейтинг: 6.2 - +
Язык: Русский
Версия: Полная

Описание

* * * Введение Однажды мерзлым днем я был исключен из федеральной тройки партии «Справедливая Россия». По требованию Кремля. За то, что позволял себе критиковать власть и последовательно требовал перемен. Обличал власть за ее беспредел, вел свободных несистемных людей через системную партию. Я не сильно огорчился: очень уж к тому дню надоело давление этой возненавидевшей меня системы. Потеря денег, мнимых товарищей, работы, внимания общества – все ерунда, когда есть любимое дело жизни. Есть книги и будут новые книги, то же можно сказать о читателях. А еще, подумал я, не останови они меня на выборной дистанции, пришлось бы убирать уже из Госдумы. Жалко, конечно, что до Думы не дошел. Там было бы совсем горячо… Я не хочу, чтобы деятели, не ясно по какому праву отождествляющие властные полномочия и абсолютизм, неравнодушные лишь к своему обогащению, спали сладко. Пускай спят хотя бы горько, вздрагивая. Но еще меньше хочется кому-то мстить. Неохота рассказывать в деталях весь свой путь писателя в политике: уличные акции, столкновения с репрессивной машиной, тактическая византийщина и стратегическая твердость взглядов, обыски у меня на квартире и мои встречи с «сильными мира», собирание сторонников по всей стране, наконец, прорыв на выборы, беспрецедентное давление системы, включая угрозы и подкуп, мой отказ капитулировать…