Баба Роза против Люси Лоховкиной, или Гонки по спирали

В одной организации бушуют настоящие страсти. Баба Роза олицетворяет далёкое прошлое, а неудачница и лузер Люся Лоховкина изо всех слабых сил противостоит тёмным силам. Обе стороны воюют не на жизнь, а до конца, чтобы уничтожить противника. Или уложить соперницу на лопатки. Сначала объявить шах, а потом полный мат. Женщины устроили настоящие гонки по спирали. Так и проходят дни начала бурного двадцать первого века в одной отдельно взятой организации города Санкт-Петербурга. Противостояние затянулось. И непонятно, за кем будет победа, за мудрой бабой Розой или легкомысленной Люсей Лоховкиной. Иногда кажется, что победит молодость. Она ведь всегда должна побеждать. Но весы качаются. И часто побеждает мудрость. За кем будет первенство? Это мы ещё посмотрим!

Просмотры: 0
Рейтинг: 5.0 - +
Язык: Русский
Версия: Полная

Описание

Властелин сердец «Распни его! Распни его! Распни!» Разъярённая толпа тыкала растопыренными пальцами прямо в лицо. Ещё мгновение, и насквозь проткнут. Злые какие, но – это же сон! Ефим Панкратыч напрягся и проснулся. Провёл по щеке и ужаснулся, вся ладонь мокрая. Пот липкий, холодный, почти ледяной… Ефим Панкратыч перевернулся на бок, но его трясло. Теперь не уснуть. – Да угомонись уже ты! – прикрикнула спросонья супруга Ольга Фёдоровна. – Совсем ополоумел. – Уснёшь тут, – проворчал Ефим Панкратыч и поплёлся на кухню. Посидел, подумал, достал сковородку из холодильника и съел котлету. Почавкал-почавкал, но засовестился. Ночью есть нельзя. Во-первых, вредно, во-вторых, на утро еды не будет. Ольга Фёдоровна самого вместо котлеты съест. Ефим Панкратыч поставил сковородку на место, снова задумался и незаметно задремал. В этот раз он сидел в зале суда. За решёткой. Растопыренные пальцы совались сквозь металлические прутья и снова пытались проткнуть лицо Ефима Панкратыча. – А ты народ почему не слушаешь? Ты для чего поставлен у власти? Расстрелять его мало! – вопили злые лица, и пальцы росли, росли, превращаясь в гигантские щупальца. Один, особенно вёрткий, с ногтем на мизинце уже коснулся лица Ефима Панкратыча.