Ах, эта черная луна!

Ах, эта черная луна!

Автор: Исакова Анна

Роман относится к жанру человеческой комедии. Герои пытаются выстроить свою жизнь в соответствии с определенными представлениями и правилами, но рок, судьба, ход истории непрерывно вмешиваются, и приходится начинать все снова. Автор ставит своих героев в немыслимые, но вполне реальные ситуации, требующие постоянной рефлексии относительно смысла и этичности каждого их шага и поступка. Основные действующие лица — евреи, и не только потому, что они соплеменники автора. XX век поставил евреев в особые условия, особенно в Восточной Европе, к которой относится и Литва: они оказались вынужденными перейти из замкнутой общинной культуры в культуру европейскую, пережить Катастрофу, найти способ существования при нежданно свалившейся на них советской власти с ее государственным антисемитизмом и сталинскими гонениями, — и все это на протяжении жизни одного поколения. Как выдерживают подобные удары судьбы любовь, дружба, семья, человеческая психика? Могут ли сохраниться в этих обстоятельствах нормальные человеческие отношения?   Анна Исакова — журналист, писатель, врач по образованию. Пишет прозу с юных лет, до сих пор отдавала в печать только рассказы. Роман «Ах, эта черная луна!» впервые напечатан в журнале «Звезда» (второй и третий номер за 2004 год) и представлен редакцией журнала к премий «Букер».   Родом из Литвы. В 1966 году закончила медицинский факультет государственного университета в Вильнюсе. В 1971 году после трехлетней борьбы с властями выехала из СССР в Израиль. Живет в Иерусалиме. Работала врачом, журналистом, редактором, была советником премьер-министра Израиля. Написала за последние годы пять книг. Первой представлена читателю «Ах, эта черная луна!».

Просмотры
0
Рейтинг
5.0 - +
Язык
Русский
Версия
Полная

Описание

Рождение любви из духа ненависти В общем и целом, в этом не было ничего удивительного, но в частности и с определенными оговорками эта история совершенно невероятна. Анна Исакова Роман Анны Исаковой «Ах, эта черная луна!» ускользает от однозначного определения. Он начинается как семейная сага, этакая еврейская версия Форсайтов, перебивается картинами великосветской жизни — скорее Вербицкая, чем Голсуорси, — развивается по законам авантюрного повествования, переходит в эпос, продолжается в притчево-символическом ключе и завершается пьесой-эпилогом. «Мы начали жить в драме, и это почетно, потому что до сих пор мы жили в водевиле», — комментирует один из героев эти жанровые метаморфозы. Отсюда очевидная мозаичность романной структуры: многофигурная композиция не мешает четкому делению персонажей на главных и фоновых, сюрреалистический гротеск сочетается с любовью к психологическим подробностям и бытовым деталям, а гофманиана сопровождается вкраплением (вполне, впрочем, умеренным) языка, каким говорили герои Шолом-Алейхема и Бабеля. Фантастическое здесь перемешано с обыденным, сны продолжаются в реальности, а видения материализуются.

Комментарии:

Оставить комментарий

0 / 500